Сайт открытый - регистрация необходима только при добавлении информации.

Авторизация
Логин (e-mail):

Пароль:

запомнить



Зарегистрироваться
Забыли пароль?


Организации
Приглашаем к сотрудничеству все организации, которые активно участвуют в сохранении памяти о Великой Отечественной войне. Компании, присоединившиеся к проекту
Статистика
130557
12400
6879
48645
1

Наши баннеры
Мы будем благодарны, если Вы разместите баннеры нашего портала на своем сайте.
Посмотреть наши баннеры







© 2009 Герасимук Д.П.
© 2009 ПОБЕДА 1945. Никто не забыт - Ничто не забыто!
Свидетельство о регистрации СМИ: Эл № ФС77-36997


© Некоммерческое партнёрство "Историко-патриотичекий Клуб "ПатриоТ-34"
Свидетнльство о госрегистрации НО
Свидетельство о внесении записи в ЕГРЮЛ
Регистрация Поиск Фронтовика Поиск подразделения Помощь О проекте

Карточка Фронтовика

Аксенова Тамара Тихоновна



Пол:женский
Дата рождения:0.0.1924
Место рождения:с.Петропавловка Бородинского р-на Измаильской обл.
Национальность:
Должность:Сотрудник РО штаба фронта, позывной
Звание:

Попечитель:

ЯЮрий

Подразделения, в которых служил Фронтовик:

3 Украинский фронт

Захоронение:

-
Дополнительная информация
Домашний адрес во время войны:
Родственники во время войны:
Дата призыва:0.9.1943
Место призыва (военкомат):добровольно
Дополнительные сведения:Придя первого сентября в один из далеких шестидесятых годов прошлого столетия в Бородинскую среднюю школу меня, как и других учеников познакомили с учителем биологии Тамарой Тихоновной Райлян. Она практически ничем не отличалась от других учителей, таких как Лихач Людмила Васильевна, Мавроди Евгения Степановна, Житковой Елена Владимировна. Разве только что возрастом Тамара Тихоновна была постарше, да и школьное прозвище у нее было «партизанка». Откуда взялось это прозвище меня тогда еще не интересовало. И не думал я тогда, что практически через полвека я снова столкнусь с этой фамилией, с судьбой этого человека. Занимаясь поисковой работой и просматривая списки сотрудников разведотдела штаба 4 Украинского фронта погибших в период Великой Отечественной войны я увидел запись такого содержания: « Аксенова Тамара Тихоновна, 1924 года рождения, уроженка с. Петропавловка Бородинского района Измаильской области, радист, позывной «Марта», погибла в июне 1944 года в районе г. Аккерман ( ныне г. Белгород –Днестровский). И не зная, почему мне вдруг вспомнилась моя учительница биологии Райлян Т.Т. А не одно ли это лицо, задал я себе вопрос? Поискав в многочисленных базах данных, я был приятно удивлен. Да, Тамара Тихоновна Аксенова и Тамара Тихоновна Райлян - это один и тот же человек. Продолжая поиск и пролистав не один журнал « Огонек» в Одесской библиотеке им. Горького я нашел рассказ Г. Фролова «Встречи на двух перекрестках», который посвящен мужественным разведчицам, действовавшим по заданию командования в 1944 году в районе г. Аккерман. И предлагаю Вам, уважаемые читатели, вернуться в те суровые годы военного лихолетий. Салон транспортного самолета, слышу гул моторов, вижу, как на потолке вспыхнула синяя лампочка и, подчиняясь ее сигналу, встают двое: Тихон Белик и Аскольд Ардасов. Они торопливо прощаются с молоденькими разведчицами Тамарой Аксеновой и Евгенией Зенченко, которые покинут самолет позднее. Допрос шел на русском языке. Вел его колонел Бэдэрэу, которого в сигуранце считали хорошим знатоком России. Еще в молодости он служил в Петербурге в гвардейском кавалерийском полку, а позднее – в Добровольческой армии генерала Деникина. В конце гражданской войны волей судеб Бэдэрэу оказался за Днестром, и вот уже более двадцати лет верой и правдой он служил часто сменявшим друг друга правителям «Великой Румынии». Устало откинувшись на спинку кресла, Бэдэрэу с нескрываемым интересом разглядывал стоявшую перед ним девушку, почти девочку. Сколько раз за последние годы, допрашивая советских разведчиков, он ловил себя на мысли, что завидует их мужеству, душевной чистоте и вере в справедливость своего дела! И хотя сослуживцы считали колонела хорошим психологом, опытным разведчиком, он никак не мог понять, в чем же источник мужества вот хотя бы этой девушки – Тамары Аксеновой. Она радистка. Захвачена в Аккермане с рацией и другим разведывательным снаряжением. И все же упорствует, хотя хорошо знает, что дни ее сочтены. – Ты, Аксенова, напрасно упрямишься, – с трудом подбирая русские слова, говорит Бэдэрэу. – Не согласишься работать с нами, завтра же расстреляют. А мне очень хочется спасти тебе жизнь. Ведь ты еще так молода... Бздзрзу считал себя гуманистом и втайне гордился этим. Ведь не так-то легко быть гуманистом я его положении. – Поверь, у тебя нет другого выхода, – продолжал он. – Я советую все хорошенько взвесить. Нам нужна радистка на одно задание. Только на одно. И у тебя будет все: свобода, деньги. Сможешь уехать куда захочешь. Например, в Швейцарию. И поверь мне, будешь счастлива. А если не согласишься, то, как говорят, русские, пеняй на себя... Ночь. Тишина. Лишь изредка в это позднее время из конца в конец длинного коридора, гремя подковами, за дверью медленно пройдет надзиратель, А перед рассветом по этому же коридору жандармы уведут на смертный двор очередную партию обреченных. Тамаре не спится. В такие минуты не хочется думать о будущем, оно – смертный двор. Хочется вспоминать. ...Бессарабия. Летнее утро 1940 года. Тогда в ее родное село Петропавловку вошли советские войска. Тамара стояла у плетня и, радостно улыбаясь, протягивала проходившим и проезжавшим мимо нее красноармейцам цветы. Осенью Тамара пошла в школу, в ту самую школу, в которой ей не пришлось учиться с тех пор, как на рассвете ее отца увели жандармы. Трудно было жить без отца. Всей семьей работали у попа с рассвета и до позднего вечера. Особенно тяжело было к концу дня: ломило спину, болели растрескавшиеся на жаре руки. Теперь отец Тамары работал в сельском Совете, а она училась в 8-м классе. Сколько нового, удивительного вошло в ее жизнь! Уж очень хотелось как можно больше узнать о своей великой Родине, которая пришла к ней из-за Днестра. И вдруг – война... Тамара уехала с родителями на восток. Аксеновы остановились в Мечетинском районе, Ростовской области. Жили и работали в колхозе. А в сентябре 1943 года Тамара добровольно ушла в армию. ...Шаги по коридору. Быть может, сейчас ее поведут на смертный двор... Нет. На этот раз мимо. Но он сказал: «Тогда пеняй на себя». Скоро, очень скоро будет это «тогда». ...В папке, где хранятся документы о Тамаре Аксеновой и Жене Зенченко, немало страниц. Вот несколько отрывков из документов, которые рассказывают о судьбе разведчиц. «При допросе перебежчика, прибывшего из Аккерманского уезда 2 августа, известно, что в сигуранце содержались две девушки-разведчицы. Одной из них 19-20 лет, другой – 24-25. 21 июля они были направлены в Сарату для предания военно-полевому суду...» И далее: «Есть основание предположить, что Евгения Зенченко и Тамара Аксенова при поисках пути перехода фронта были задержаны и, следовательно, расстреляны противником». Но вот совсем неожиданная находка – коротенькое письмо, на которое вначале я не обратил внимания. Привожу его полностью: «Секретарю ЦК ЛКСМ Молдавии. При этом направляю для вручения комсомольский билет №14782014 Аксеновой Тамары Тихоновны, проживающей в г. Кишиневе (улица Щусева, 109, Сельхозинститут), которая считалась погибшей». Из села Александровка Одесской области в Министерство обороны пришло письмо. Учительница Тамара Тихоновна Райлян просила немногое: выслать ей справку о том, что в годы Великой Отечественной войны она служила в армии. Справка нужна была для установления трудового стажа…. В этом же письме она подробно рассказала о работе в тылу немецко-фашистских войск двух советских девушек-разведчиц. Читатель, очевидно уже догадался, что Тамара Тихоновна Райлян и Тамара Аксенова – одно и то же лицо. … 18 сентября 1943 года было обычным днем в жизни Мечетинского истребительного батальона. Шли военные занятия. Тамара Аксенова в этот день дежурила по батальону. Уже во второй половине дна она увидела, как к комбату прошел неизвестный офицер. А через полчаса Тамару вызвали к командиру батальона… Там был и неизвестный майор. Разговор шел обычный – о комсомольских делах. Тамара была комсоргом батальона. Когда она уже собралась уходить, майор подошел к ней. Вы, Аксенова, родились в Бессарабии? – спросил он и, получив утвердительный ответ, попросил ее рассказать подробнее о себе. Слушал внимательно, не перебивая. - А вы бы хотели помочь скорее освободить Бессарабию от фашистов? – спросил он, когда Тамара закончила свой рассказ. - Конечно, товарищ майор! – взволновано ответила девушка, - Возьмите меня к себе в разведку!. А ты откуда знаешь, что я из разведки? - Разведка, товарищ майор, - улыбаясь, ответила Тамара. Комбат и майор рассмеялись. А спустя несколько минут они говорили о будущей работе. Здесь же Тамара познакомилась с девушкой, с которой предстояло учиться, а затем и работать вместе в тылу врага. Женя Зенченко – так звали новую подругу – старше ее на четыре года. Как и Тамара, родилась и выросла в Бессарабии. Комсомолка. Пошла в разведку. Она будет командиром. Тамара – радисткой. … Шли последние дни подготовки. Девушки уже знали, что их пошлют в Аккерман (ныне Белгород-Днестровский Одесской области). Перед войной Женя училась в Аккермане, а у Тамары там жили родственники. С их помощью нужно было устроиться в городе, прописаться, найти работу. … В распахнутую дверь врывается холодный ветер. Зажмурившись первой шагнула в нее Женя и сразу же за ней Тамара… Земля быстро приближалась. Тамаре казалось, что она отчетливо слышит ее неясный нарастающий гул. И столько в этом гуле было тревожного, неведомого! Приземлилась неудачно: ушибла ногу. Попыталась встать, но запуталась в стропах парашюта и упала. Подбежала Женя. – Что с тобой? – Не беспокойся. Сейчас встану. Женя помогла ей отстегнуть парашют и закопала его. - Идти сможешь? Надо уходить. Скоро рассвет. - Могу. Нужно найти грузовой парашют. Там запасные батареи к рации. Поиски оказались напрасными. Парашюта с грузом не нашли, хотя искали до самого рассвета.Уже поднялось солнце, когда разведчицы, спрятав в лесу рацию, питание к ней, лишние вещи, двинулись в путь. Теперь это были девушки-молдаванки, направляющиеся в Аккерман на базар. В Мологу, пригород Аккермана, пришли, когда уже начало смеркаться. Решили до утра остаться здесь. Не идти же в город на ночь глядя. Ночевали у одной бедной молдаванки. Утром девушек ждала первая неожиданность. - Марица, - позвала Женя дочь хозяйки, девочку лет десяти, - сходи к соседям и купи нам яблок. Вот тебе деньги. Девочка выбежала из дому, но тут, же вернулась. - Тетя, - сказала она, протягивая Жене бумажку, - а эти деньги сейчас не ходят. Нужны новые, с королем Михаем. - Покажи. – Женя взяла в руки еще в дороге старательно помятую купюру. – Правда, старые! Смотри, Тамара. – Сейчас только новые леи ходят, - доверительно сообщила девочка. – Даже немецкие марки в магазинах не берут… - Да… Положение у нас с тобой неважное, - задумчива, проговорила Женя, когда подруги вышли на дорогу. _ Груза не нашли, считай, что и денег нет. - Ничего, как-нибудь выкрутимся.Акулина Попенко, или просто тетя Киля, обрадовалась племяннице. Хозяйство большое, а тут две молодые дивчины. Пусть живут, даром хлеб есть не будут. Спустя два дня Тамара как-то сказала: - А у нас, тетя, в Каргасанах вещи остались. – Вещи? Почему же Вы сразу не сказали? – Да все некогда было. – И много вещей-то? – Не очень. - Сходите, милые, обязательно. А то, чего доброго, пропадут вещи. На следующее утро подруги отправились в путь. К вечеру были на месте. В небольшой рощице дождались ночи. И вот, наконец, рация и питание к ней в большом домотканом мешке. Несли ее по очереди. На рассвете, усталые, измученные, они пришли в Мологу. Здесь наняли подводу, на которой и добрались до города. Тети Кили дома не было. Тамара отнесла мешок на чердак и спрятала там, в углу, забросав хламом. - А где же ваши вещи? – спросила хозяйка, вернувшись с базара. _ Нет вещей, тетя, чуть не плача, проговорила Тамара. – Женщина, у которой мы их оставили, уехала, и мы ничего не нашли. _ Вот досада-то! – посочувствовала тетя. – А много ли веще было? – Да нет, не очень. Но там было мое новое платье. Такое красивое! Как только она ушла, Тамара забралась на чердак и, растянув антенну, стала настраивать рацию. Через полчаса спустилась в низ. _ У меня все готово! Давай скорее подготовим радиограмму. Ведь это наша первая.! Первая радиограмма… С каким нетерпением ее ждут там, за линией фронта! Майор Лебедев, очевидно, не дает покоя ребятам из армейского радиоузла. Ждут вестей и в штабе, где у больших карт и днем и ночью идет напряженная работа. Может быть, там еще ничего не знают о том, что происходит здесь, в Аккермане. Но скоро их короткие « точка-тире-точка» принесут первые вести и молчавшая до сих пор карта покроется кружками, стрелками, линиями, заговорит на своем, военном языке. А потом в воздух поднимутся самолеты, выйдут из укрытия танки и самоходки, по всей линии фронта загрохочут раскаты орудийных залпов… Радиограмма была уже почти готова, но неожиданно вернулась тетка. Так и не удалось в этот день послать весточку своим… И на следующий день не удалось: мешал дядя Федор. Весь день он что-то мастерил, ходил по двору и даже поднимался на чердак. Хорошо, что Тамара успела свернуть антенну и спрятать рацию. Так повторялось несколько раз. Нужно было скорее связаться с нашими. Они ждут, а рация пока молчит. И девушки решили рассказать обо всем тете Кили, заручившись ее помощью. Когда та вернулась домой, Тамара издалека повела разговор о приближении Советской Армии. Молча слушая племянницу, тетя хлопотала по хозяйству. - А вот вы, тетя, хотели бы помочь Советской Армии? – Помочь? Чем? Это, дочка, не наше бабье дело. _ Нет, можете! Вот мы, например – Тамара на мгновение запнулась, но потом, решившись, продолжала: - Мы разведчицы… - Разведчицы? У меня в доме?! – Тетя Киля плюхнулась на табуретку и с ужасом уставилась на племянницу. – Да вы что, с ума сошли? Хотите, чтобы нас всех повесили? Сейчас же уходите из моего дома! Слышите? Девушки молчали. Что теперь делать? Куда идти? - Тамарочка, плакала хозяйка, - Христа ради, уходи. Забирай свои вещи и уходи. _ -Хорошо, мы уйдем, - брезгливо глядя на тетку, сказала Тамара. _ Как только найдем другую квартиру, сразу же уйдем. Слышите? Да успокойтесь вы!.. – Деточки, уходите… Ради бога, уходите…Два дня ушло на поиски новой квартиры. Наконец устроились за городом, в селе Турлаки. Хозяйке дома Татьяне Студентовой шел уже пятый десяток. Во всем облике тети Тани, как стали называть ее девушки, было что-то располагающее к доверию, и они вскоре решили рассказать ей о своей работе. Теперь они понимали, что одним им не справиться. Выслушав девушек, тетя Таня на мгновение задумалась, а потом решительно сказала: -Хорошо, дочки, работайте. Мы вам поможем. Надо помочь. Утром Андрей, ее старший сын, высокий темноволосый юноша, запряг лошадь, положил на телегу мешок зерна, большую плетенку луку, и тетя Таня вместе с Тамарой отправились в город на базар. К вечеру двинулись обратно. На телеге под новым корытом лежала радиостанция. Все шло хорошо, но у выезда из города к ним привязался жандарм, стоявший на посту. Хотел проверить, что везут. Но тетя Таня, не останавливая лошадь, громко рассмеялась: - Что, парень, дочка моя понравилась? Так бы и сказал. И уже проезжая мимо смутившегося жандарма, добавила, лукаво улыбаясь: - Не робей, хлопче! Приходи в Турлаки на пасху. Гостем будешь. …И вот уже все готово. Тамара включила радиостанцию. В эфир полетели ее позывные. Вскоре была передана и первая радиограмма: « Приземлились в районе Каргасан. Грузовой парашют не нашли. Находимся в Турлаках, ждем указаний» Теперь уже каждый день на чердаке небольшого дома работала радиостанция. К ней чутко прислушивались на Большой земле. И это понятно, так как городу Аккерману отводилась важная роль в планах немецко-фашистского командования. Через Днестровский лиман, у Бугаза и Овидиополя, шли на Одессу линии коммуникаций. В порту было много кораблей, вдоль лимана и по высокому правому берегу Днестра строились мощные оборонительные сооружения. От Аккермана уходили шоссейные и железные дороги на Кишинев, Измаил и дальше в Румынию. Если к тому же вспомнить, что Женя и Тамара были выброшены в тыл врага 25 марта 1944 года, незадолго перед наступлением 3 –го Украинского фронта, то не трудно представить, какая важная и ответственная задача была поручена разведчицам. Конечно, Женя и Тамара врядли смогли многое сделать, если бы семья Студентовых, а через них и многие другие советские патриоты, имена которых так и остались неизвестными, не помогли девушкам в их работе. Организаций сбора разведывательных данных занимались Андрей и тетя Таня. Помогали Виктор, ее младший сын, и пятнадцатилетняя дочь Варя. Вместе со своими друзьями – комсомольцами они каждый день бывали в городе, и от их глаз ничто не могло укрыться. А вечером собранные за день сведения аккуратными колонками цифр ложились на клочок бумаги и тут же передавались в штаб советских войск. Уже почти полмесяца работали в Аккермане разведчицы. За это время многое изменилось на фронте. Советские войска освободили Одессу, и вышли к Днестровскому лиману. Теперь до наших передовых частей было всего несколько километров. Девушки уже готовились к встрече своих, но вдруг по радио получили приказ: срочно перейти западнее, в район Болград – Рени, и оттуда передавать сведения о противнике. Задача была очень трудная. Питание к рации было на исходе. Но идти надо. Тетя Таня дала на дорогу немного денег. Она же упросила офицера, стоявшего несколько дней у нее на квартире, взять с собой дочек, которые очень боятся красных и хотят уехать к родным в Румынию. На дорогу зажарили самого лучшего гусака, достали у соседей небольшой бочонок вина. И вот к отъезду все готово. Девушек посадили в кузов закрытой грузовой автомашины, а их вещи, в знак особого внимания, обер-лейтенант велел положить в багажник своего «опель-капитана». Пришлось согласиться, хотя всю дорогу девушки волновались: что, если офицер или его шофер заинтересуются, какие пасхальные подарки везут с собой девушки? Но все обошлось благополучно. Жаль только, что дальше Акмангита немцы не ехали. Неожиданно вся колонна повернула на юг, к морю. Пришлось сойти Акмангите. Заночевали у Семена Горбенко, дальнего родственника Аксеновых. Рацию закопали на огороде, под стогом. Утром началась облава. В балке, что была поблизости, нашли два парашюта, и теперь жандармы искали парашютистов. Целую неделю пришлось прятаться в плавнях. Когда тревога улеглась, Тамара ночью откопала рацию и попыталась связаться с центром. Но усилия оказались напрасными: батареи питания разрядились. Едва не плача, Тамара рассказала об этом Жене. Девушки задумались, что делать дальше? - Придется возвращаться назад, - решила, наконец, Женя – Попытаться достать питание в городе. И вот они снова в Турлаках. Питание к рации в городе найти не удалось, и Женя решила с помощью Андрея перебраться через лиман к нашим. Получить там все необходимое и вернуться обратно. А Тамаре на это время она велела устроиться домработницей в богатую семью в пригороде Аккермана. Но случились непредвиденное: во время одной из облав девушек арестовали. На первом же допросе стало ясно, что их кто-то выдал. Разведчиц под конвоем отправили в Сарату, где находился штаб округа, а оттуда в Кишинев, в информационное отделение, возглавляемое колонелом Бэдэрэу…Допрашивали часто. Били. Боясь, что Тамара не выдержит пыток, Женя приказала ей сказать, что она не знает шифр. В синяках и кровоподтеках Женя лежала камере на дне опрокинутого книжного шкафа, служившего подругам кроватью. Солома и обрывки каких-то довоенных бухгалтерских отчетов были вместо подушек и матрасов. В одну камеру подруг посадили недавно. Очевидно, их участь уже была решена. -Тебя сегодня били? – спросила Женя, когда после очередного допроса Тамару втолкнули в камеру. – Нет, Женечка. Вот уже третий день колонела как подменили: все уговаривает согласиться работать у них радисткой. Хотят с группой выбросить в тыл к нашим. – Ну, а ты? – Что я? Лучше смерть, чем такое! – Лучше смерть…- задумчиво проговорила Женя. – А их выбросят… - Кого «их»? – не поняла Тамара. – Разведчиков. Фашистов. Вот кого! – Ну и что? Все равно их наши переловят. – Конечно, их поймают. Но сколько они могут навредить! Помолчали. Каждая думала о своем. – А может, Тамара, тебе стоит согласиться? От неожиданности та опешила. С минуту смотрела на подругу удивленными, ничего не понимающими глазами. – Да ты что, с ума сошла? Как ты можешь говорить такое?! – Нет, я, Тамара, серьезно. Давай вместе подумаем. Вот мы сейчас здесь, в камере. А какая польза нашим? Никакой. А если бы тебе представилась, хотя бы малейшая возможность помочь им? Неужели ты бы отказалась? – Конечно, нет! – Вот видишь. А у тебя есть такая возможность. – У меня? Да ты о чем, Женя? – Да все о том же. Ты должна согласиться. Тебя выбросят с группой в тыл нашим, и ты… Понятно? Лишь бы не догадались раньше времени. – А как же ты, Женя? Ведь они замучают тебя здесь. Я не могу так. Нет! И Тамара, уткнувшись головой в плечо подруги, заплакала. – Успокойся, доченька, - ласково сказала Женя. Так иногда она звала свою младшую подругу. – Надо, понимаешь, очень надо, что бы ты вернулась к нашим и рассказала обо всем. Я не прошу тебя, а приказываю. …Наутро Тамару увели на допрос. Вернулась она не скоро. _- Ну и как? – В голосе Жени нетерпенье, тревога. - Сказала, что подумаю и завтра скажу. – А он? – Обрадовался. Ласковый такой. Говорит, денег даст много, замуж выдаст за гвардейского офицера. – А ты не перестаралась? – Думаю, что нет. Тамара устало опустилась на край «кровати». А на следующий день Тамара подписала «ангажемент» - обязательство работать на разведку его величества короля Румынии Михая. Подписала лишь при одном условии: ее подруге должна быть гарантирована жизнь и безопасность. Бэдэрэу с готовностью согласился, сказал, что Женя остается заложницей, на всякий случай. И уже за несколько дней до вылета на задание Тамара подписала еще один документ. В нем говорилось, что если она не выполнит задания или попытается бежать к русским, ее подруга «умрет в страшных мучениях». Несколько недель занятий в школе, где готовили диверсантов, позади. Тамару познакомили с группой, с которой она вылетит на задание. Возглавлял ее Василе Штефанеску, сын кулака из-под Черновиц . У диверсантов были автоматические пистолеты, гранаты, мины и другое необходимое в таких случаях снаряжение. Тамаре « забыли» дать пистолет и когда она с обидой сказала об этом начальнику, тот постарался ее успокоить: -Зачем тебе оружие? Ведь ты же радистка, и тебя вся группа будет охранять. Наступил день вылета. Тамара прощалась с Женей. И даже сейчас расставаясь навсегда, нужно было сдерживать себя: за ними наблюдали. Говорили ничего не значащие слова, бессмысленно улыбались. Но в глазах друг друга девушки прочли то, чего нельзя было сказать словами. Взревели моторы, и «Юнкерс», специально выделенный немецким командованием, ушел в темноту ночи. С пристегнутым парашютом и рацией, закрепленной на груди, Тамара сидела на металлической скамейке. Напротив, рядом, - ее враги. Они испытывающее поглядывают на Тамару. …Первым прыгал Штефанеску, за ним Тамара и сразу же Стан. Когда парашют раскрылся, и утихла болтанка, Тамара оглянулась кругом. Немного ниже белел в темноте купол. «Штефанеску», - подумала девушка. Отыскала она и своего «помощника», он спускался почти рядом. Решение пришло неожиданно. Рывком, поджав стропы парашюта, Тамара, начала быстро скользить вниз. Порывистый ветер относил ее в сторону. Теперь она уже не видела парашютов Стана и Штефанеску, они растаяли во мраке. Быстро приближалась земля, только за каких – нибудь ста метров до нее Тамара отпустила стропы. Купол парашюта расправился, и падение сразу же замедлилось. Коснувшись земли, Тамара отстегнула парашют и бросилась бежать на лай собак, который она услыхала еще в воздухе.И вот спустя семнадцать лет после описанных событий я хожу и езжу по тем местам, где прошли свой нелегкий путь две девушки-разведчицы. Сейчас иду в Александровку, где живет Тамара Аксенова, а потом буду добираться в Ивановку Русскую, попытаюсь там разыскать родных и близких Жени Зенченко. У меня есть несколько фотографий Жени. Те самые, что были в ее личном деле. На одной из них Женя снята в саду, у яблоньки, еще не одевшей весенний наряд. Когда я пытаюсь представить себе Женю в самую трудную для нее минуту, я вижу ее такой, как у этой молоденькой яблоньки. Но сначала Тамара. Знаю, что трудный будет этот разговор. Ведь и через семнадцать и через тридцать лет тяжело вспоминать годы, которые так много унесли с собой друзей и родных и оставили на память столько горя. Трудно вспоминать последнее прощание с лучшей подругой, ее улыбки, шутливые напутствия, за которыми – об этом знала тогда только она – притаились мужество и добровольно подписанный самой себе смертный приговор. Но об этом не должен был никто догадаться. Только две девушки. Это было семнадцать лет назад. С волнением стучу в дверь, переступаю порог дома. Вот и Тамара. Такая же, как на давних фотографиях. Конечно, годы и пережитое оставили свои следы. Но это видишь только вначале. А потом не замечаешь ни морщин, ни тонких нитей преждевременной седины. Наверное, это потому, что глаза у Тамары молодые, задорные. … После того, как с ее помощью была поймана группа диверсантов, Тамара почти до конца войны прослужила в армии, а потом поступила учиться в Кишиневский сельскохозяйственный институт. Закончила его, работала агрономом, потом преподавала биологию в средней школе, а сейчас инспектор-организатор Тарутинского колхозно-совхозного территориального управления. …Первые приветствия, обычные при встрече. И сразу же неожиданно: - А знаете, Женя жива! Голос Тамары ликующий, звонкий. Рассказывает, как все это было. … Демобилизовавшись в конце войны, Тамара попыталась узнать о судьбе своей подруги. Написала ее родным в Ивановку – Русскую, но ответа не получила. Из части на ее запрос сообщили, что «Зенченко Евгения Семеновна не вернулась с боевого задания в апреле 1944 года…» Не хотелось верить, что Женя погибла, но все дальнейшие поиски были безуспешными. Шли дни, месяцы, годы. Со временем несколько притупилась боль утраты, да и жизнь в эти годы не скупилась на испытания. Несколько лет Тамара тяжело болела, а когда немного поправилась, нужно было работать, растить троих детей, оставшихся без отца. И вот однажды почтальон принес волнующую весть – письмо Жени Зенченко.! Правда теперь у нее была другая фамилия, Константинова и жила она не в Одесской области, а в Молдавии, где ее муж работал в средней школе. И вот мы едем в большое молдавское село Олонешты, где живет Евгения Семеновна Константинова, а для нас с Вами, читатель, она Жене Зенченко, просто Женя… Не берусь описывать эту встречу. Как бежали друг другу навстречу две женщины. Как перебивали друг друга вопросами. Как плакали, обнявшись. Женя уцелела чудом. Это было под Фокшанами в августе 1944 года. Отступавшие гитлеровцы заночевали в большом селе в десяти километрах от города. Женю вместе с другими красноармейцами, захваченными в плен, на ночь загнали в сарай и выставили охрану. Но на рассвете неожиданно началась стрельба. Советске войска прорвались на этом участке, и гитлеровцы в панике разбежались, не успев уничтожить пленных. С частями Красной Армии Женя дошла до Вены. Демобилизовавшись, вернулась домой. Вышла замуж. Сейчас муж ее работает завучем в школе, а Женя воспитателем в группе продленного дня. У нее двое детей. Вот, пожалуй, и все что я знаю о них. Они подружились на одном из перекрестков войны. И расстались так же неожиданно, как встретились. И вот снова вместе, уже на другом перекрестке – мирном. …Идут по деревенской улице две женщины. Смеются и плачут. И никто, быть может, не знает, что встретились две разведчицы, мужество которых не могли понять и не понимают многие просвещенные гуманисты. … Вот так закончился рассказ Г.Фролова « Встречи на двух перекрестках» опубликованный в журнале «Огонек» в те далекие шестидесятые годы прошлого столетия. После встречи в 1962 году две подруги уже не расставались на длительное время. Они дружили семьями, вместе выступали перед детьми и взрослыми, вспоминая дороги войны. В 2004 году Тамары не стало… Отважная разведчица Женя Зенченко ушла из жизни в мае 2009 года. Она до конца дней рассказывала правду о Великой Отечественной войне…В настоящее всеря в г. Кишиневе проживает сын Евгении Зенченко.подполковник Бэдэрэу Дионисие был начальником Информационного Центра ,,Х”, который имел предназначения разведки и контрразветки на восточном театре воины (до 24.08.1944).С именем этого Бэдэрэу связана еще одна разведгруппа: Подрез Раиса Илларионовна и Морозова Александра Сергеевна, которые были арестованы на территории Тарутинского района в апреле 1944 года. Судьба их неизвестна. По-моему, под таким названием была тема на этой ветке до сбоя в работе форума, в которой обсуждалась судьба разведчиц Зенченко Евгении Семеновны и Аксеновой Тамары Тихоновны, заброшенных в тыл врага в 1944 году в районе Аккермана, нынешнего Белгород-Днестровского. Случайно наткнулся на статью в Украинском историческом журнале (оригинальное название «Український історичний журнал»), №10 за 1979 год, судя по всему, в ней упоминается об этой же разведгруппе. «… Радянські органи залишали в тилу ворога найдосвідченіших конспіраторів. На територію Бассарабії закидалася велика кількість радянських парашутистів для проведення розвідки й організації терористичних актів. Румунські поліцейські органи постійно інформували окружний інспекторат, що в Бессарабію засилаються розвідники, які знають румунську мову. Населення краю всіляко допомагало їм виконувати завдання командування, навіть якщо для цього треба було ризикувати життям. Так, у с. Турлаки (нині – с. Випасне Білгород-Дністровського району) сім’я Т. Г. Студентової навесні 1944 року дала притулок двом радянським розвідницям, які передавали радянському командуванню важливі данні про оборону Дністровського лиману. Діти Т.Г. Студентової – Андрій, Володимир, Костянтин і Віра – допомагали розвідницям добувати потрібну інформацію …»
Выжил / пропал без вести / погиб:выжил
Близкий:нет
Дата и время создания карточки:2014-07-27 10:11:58
Дата и время последнего изменения:2014-08-18 05:45:29
При использовании материалов сайта ссылка на www.pobeda1945.su обязательна.